АКТУАЛЬНО
/БЕСПРЕДЕЛ
ЛИЦЕНЗИЯ
НА УБИЙСТВО
СОТРУДНИК РЕДАКЦИИ, ЗВЕРСКИ ИЗБИТЫЙ ВОДИТЕЛЕМ-ХУЛИГАНОМ НА ЛЮДНОЙ УЛИЦЕ, ОБРАТИЛСЯ В МИЛИЦИЮ...
ТЕКСТ / АНДРЕЙ БОГОМОЛОВ
С недавних пор Толик стал ездить на работу на мопеде — в большом городе с нескончаемыми пробками он даст фору любому автомобилю. В редакции качали головами: дескать, выезжать на наши дороги без «железной брони» — чистое безумие. Впрочем, «доспехами» он обзавелся сразу — фирменные мотоботы, куртка, шлем-интеграл. В тот летний вечер они защитили его от машины... но не от ее водителя.
Когда спокойно ехавшая слева и чуть впереди «девяносто девятая» тормознула и стала поворачивать во двор, полностью перекрыв правую полосу, Толя понял: все, приехали! Уходить некуда. Удар пришелся ровнехонько в заднее правое колесо «девятки», почти под прямым углом. Первым вылез пассажир:
— Ну ты, мужик, попал! Ты, блин, понимаешь, как ты попал?
Распахнулась водительская дверь. Конец фразы: «Что ж ты, козел, наделал», — взорвался в мозгу ярким фейерверком. Очнулся Толя в машине — навзничь на заднем сиденье. Рябило в глазах. Поднявшись, провел рукой по лицу: кровь. Много крови. Саднит за ухом. Нагнулся к выпавшему на асфальт мопедному зеркальцу — на виске рассеченная рана. Водитель «девятки» — доморощенный Тайсон в джинсе и лаковых туфлях — изготовился для новой атаки. Толя удивленно посмотрел на него: «Ты что, совсем не соображаешь? Приедет милиция — увидит побои. Давай разберемся по-человечески!» Но слово «разобраться» подействовало на громилу, как красная тряпка на быка.
...Он снова лежал на асфальте. Вокруг уже собрались люди. Придя в сознание, вскочил, бросился на дорогу, размахивая руками — остановитесь, довезите хотя бы до поста ГАИ! Поток легковушек, грузовики, троллейбус — все мимо. Пассажиры троллейбуса оборачиваются — обычная картина московской жизни: ну, убивают... вечером посмотрим «Дорожный патруль»... Жуть, неужели мы — люди?
— Я тебя посажу за флажки, рабом моим будешь, понял, ты!
— Неужели не понимаешь, что тебе придется отвечать за это?
— За что? — Смех. — Ты ехал, упал, разбился. Сам. У меня в машине полно свидетелей, они все подтвердят. — Цыкнул сквозь зубы. — А за колесо и вмятину на крыле — заплатишь. — Снова матерщина.
Подъехавшие инспекторы ГИБДД рассказ окровавленного человека выслушали внимательно, даже, казалось, сочувственно. Оформили ДТП. Но почему-то на «продувку» никого не повезли (хотя трезвость нападавшего вызывала сомнения), а на требования вызвать милицию ответили:
— Вызывали два раза, но, видишь, никто не едет. Ты уж сам как-нибудь.
О «скорой» и речи не было: ходит — стало быть, здоров. На искореженном мопеде (погнута передняя вилка, разбиты «поворотники», сломан рычаг сцепления) Толя отправился в отделение милиции. После, уже ночью, в травмопункт. И только оттуда на «скорой» его препроводили в больницу. К тому времени он едва мог передвигаться — поврежденная при ударе нога раздувалась на глазах.
Через три недели, выписавшись, приехал в ОВД «Чертаново-Северное» — узнать судьбу заявления. По закону на принятие решения дается три дня, в исключительных случаях — до десяти. Заявление пылилось в ящике стола нерассмотренное.
— Столько дел, — посетовал оперуполномоченный, — не справляемся. А ты чего вообще хочешь?
— То есть как — чего? Не путевку же ему в санаторий! Меня, можно сказать, чуть не убили — этот гад в висок метил. Врачи зафиксировали сотрясение мозга. Статья...
— Ну ладно, пиши другое заявление, мы его быстренько рассмотрим.
Вечером у Толи зазвонил телефон.
— Кто говорит?
— Кто-кто, конь в кожаном пальто. Пилот э-э-э... болида. Понятно?
Толя включил диктофон. По номеру машины мы уже знали, что зовут «пилота» Олег Васильевич Черяпин. Он требовал денег за «жестянку» и резину. Кстати, пропоротое колесо очень помогло при составлении схемы ДТП, оставив след от места удара. Не занял крайнего положения при повороте, не пропустил попутный транспорт при перестроении — вина водителя «девятки» налицо. Кстати, в назначенный день Черяпин в группу разбора не явился, и дело было отложено. И вот теперь он от имени ГИБДД заявляет, что решение вынесено (в его пользу), ремонт машины он уже оценил, так что «гони бабули и катись на все четыре стороны». «Врет, — подумал Толя, — берет на испуг». (Так оно и оказалось.) И набрал номер оперуполномоченного Артамонова, ведущего дело.
— Если будет вымогать деньги — назначай встречу, — отчеканила трубка.
Черяпин позвонил на следующий день, после длинного предисловия и мрачных намеков назвал сумму: двести баксов. Встречу назначили возле его дома — Варшавское шоссе, 128 (там, где произошла авария). Денег у Толи с собой не было — так полагалось по сценарию. «Надо разозлить его, лучше всего, чтобы он тебя ударил», — объяснили опера. Наживкой быть не хотелось, но, как говорится, положение обязывает. Однако «клиенты», похоже, что-то почуяли и в этот раз решили «не светиться».
Оперативники выросли точно из-под земли. Правда, им пришлось поработать: громила не собирался сдаваться без боя. Предъявленные «корочки» не охладили его пыл:
— Все равно найду и удавлю! — орал, уже в наручниках, Черяпин.
— Непуганый еще, — улыбались опера, — не сидел.
Но арестованные провели за решеткой всего лишь несколько часов. «Свидетель», как представился второй вымогатель, сразу же сник: «Ничего не видел, не знаю, отпустите домой, я больше не буду». Его вскоре освободили. Черяпина отпустили позже, под вечер. «Их кормить надо, а у нас нечем», — пожаловались в дежурке. (И правда, давайте выпускать убийц и насильников — на воле они сами прокормятся!)
Для возбуждения уголовного дела требовалось найти свидетелей. Казалось, что за проблема! В июле в восемь вечера светло как днем, вид на место происшествия — чуть ли не из всех окон многоэтажки, да и собачники гуляют неподалеку. Однако выяснилось, что искать их некому, кроме нас — сотрудников редакции. Милиция — слышите! — НЕ ЗАИНТЕРЕСОВАНА в поисках, пока не возбуждено уголовное дело. На участковом и так две тысячи населения — нехватка кадров. Да еще чердаки с подвалами — каждый день все их обойди, проверь замки, печати... Борьба с терроризмом! — на другие дела времени нет.
Мы все-таки выпросили — на один вечер! — участкового в нашу «розыскную группу»: без формы и «корочек» фамилии-то не выпытать, не то что адрес или номер телефона. И, вспоминая наставления Жеглова, отправились на поиски свидетелей. Нашли четверых: трое видели лишь последствия, зато одна женщина — все от начала до конца (с ее слов, мотоциклиста долго били ногами; он был без сознания). Сцену она описала с фотографической точностью. Рассказала и про другого очевидца — женщину с собакой, стоявшую рядом. Когда начальнику ОВД доложили о результатах рейда, тот аж присвистнул: везет же этим журналистам. Всего за два часа откопали свидетелей — считай, половину работы сделали!
Дело возбудили по статье 213 часть 1 — хулиганство. Конечно, тюрьма этому «хозяину жизни» все равно не грозила, лишь условное наказание. Но хотелось верить, что это научит его уважать окружающих и закон (или хотя бы его бояться). Ведь безнаказанность — благодатная почва для преступлений. Однако стоило нам «отключиться» от расследования, как оно вновь остановилось и даже повернулось вспять. Прошло два месяца — ни одного нового свидетеля милиция не нашла. И старых растеряла: главная свидетельница исчезла — говорят, уехала. Может, Черяпин «поговорил» с ней? А может, «поговорил» с милицейскими чиновниками? Этого мы не знаем. Но то, что он поговорил со «своими» свидетелями — вне всяких сомнений. Кого бы из семерых (а именно столько своих соседей записал в свидетели Черяпин) ни вызывал дознаватель Темесков, все приходили только вместе с Черяпиным. Как говорится, отвел, привел — как в школе. Заодно можно проверить, как ответил «урок». Поразительно, но у дознавателя все ответили на «пятерку». Не помогла и медицинская экспертиза. «Повреждения получены от ударов тупым предметом». Кузовом автомобиля, сапогом, кастетом? Как можно рассечь висок, не повредив шлем — непонятно. Но одни свидетели подтверждают, что мотоциклист ехал в шлеме, другие в один голос заявляют, что последний якобы висел на руле. (Те, кто хоть немного знаком с мотоциклом, могут представить, насколько «удобно» им управлять, повесив на руль объемистый шлем-интеграл!) Словом, даже невооруженным глазом видно «кто есть ху». Но прокурор силен в математике: за пострадавшего только один прямой свидетель, да и тот загадочно исчез, а за подозреваемого — семь, и все здесь, за дверью!
Дело закрыли за отсутствием состава преступления. Черяпин заходил в ставший ему родным ОВД, угощал милиционеров сигаретами. Урок ему там преподали достойный: можно безнаказанно избивать, хоть убивать на глазах у всех — проверено. Признаюсь, такого мы не ожидали. Хотя и слышали со всех сторон: «Нечего связываться с милицией, вот „братки“ — те за две тыщи баксов любую проблему решат по существу, без лишних формальностей и проволочек. Можно и дешевле — но не так деликатно». Герой этой истории пошел честным путем — ни взяток, ни лжесвидетелей. И убедился: милиция нас не защитит, вы зря платите налоги.
При задержании хулиган угрожал убийством.
В УК нет такой статьи?
«Свидетель». По совместительству — вымогатель.
Оперативники сработали четко, но наручники снимут уже через пять минут.
ЛИЦЕНЗИЯ НА УБИЙСТВО
Лицензия на убийство
1187