ДЕНЬ ВТОРОЙ. ОЧЕНЬ ДЛИННЫЙ
МАРИЯ БОЙКО: Сложности начались уже в 6:30 — побудка никак не давалась уставшему организму. Отсутствие кофе не способствовало, а вот Саня, возникший в дверном проеме и готовый к подвигам и славе, разбудил моментом (не крутящим, а в смысле быстро). Мы отправились заправлять баки перед марафоном. Штурманы, поспавшие чуть дольше, ждали нас в лагере, чтобы вцепиться в маршрутные листы и поразить своими навигационными талантами. Понеслась! К двум часам дням мы еще не доехали до первой точки. Потому что ведущий экипаж «Прадо» действовал по принципу «все за мной, я знаю короткую дорогу!». Их не смутило напутствие руководителя рейда: «Если дороги нет, вам туда не надо». То есть ребята опробовали все пять предложенных на первой же развилке дорог, которые доверия не внушали изначально. На очередной такой волчьей тропе «прадик» сел в топь. Хорошо, что есть трос! Плохо, что мы его сразу порвали.«Джип» — надежный друг и известный борец с бездорожьем. Еслинадо, и брод стерпит.
«Джип» — надежный друг и известный борец с бездорожьем. Еслинадо, и брод стерпит.
Помучившись с полчаса, поехали на «Рэнглере» искать трактор и/или стальной трос. Ох, как же я злорадствовала! Пусть, думала, этот солдат не знает слов любви и навороченных опций, зато не подвел. Визит в ближайшую деревню был плодотворным: добыли трос нужного калибра. А здешний старожил популярно объяснил: «Дороги? Никаких дорог там нет. Это трактор ездит капканы ставить». Успешно выдернув «Прадо», поехали возвращать чужое добро. Не учли только, что своими катаниями нарушили гармонию одного неприятного участка. Подспусти мы «Джипу» колеса, он бы выехал, — но вот накачивать обратно их было бы нечем. Как-то мы об этом заранее не подумали. Так что теперь нас выручил набитый электроникой «Прадо» (но нашим тросом). Успокоившись, решили больше не рисковать. А дальше нас ждали километры чудесных грунтовок, очаровательного щебня и восхитительной тряски. От нечего делать поменялись машинами, чтобы сравнить их и обменяться впечатлениями. Выполнили все задания. В ночи на обратном пути усталость взяла верх. За полтора часа до прибытия в лагерь уступила баранку штурману. Трясло немилосердно, но это не помешало мне заснуть. Правда, одна незапланированная остановка все-таки разбудила. В кромешной тьме перебегал дорогу… бобер. Я смотрела на его плоский хвост и почему-то чувствовала, что, если мы в скором времени не выберемся из этих российских джунглей, непременно его найду и скажу: «Мы с тобой одной крови!». Для заряженных машин точки расставляют на торфяных болотах и бобровых запрудах.
Для заряженных машин точки расставляют на торфяных болотах и бобровых запрудах.
АЛЕКСАНДР КРЮЧКОВ:
Второй спецучасток — до озера Селигер и обратно, а это несколько сотен кэмэ по тропам Тверской и Новгородской областей. Стартовав в десять утра вместе со вторым нашим экипажем, двинулись по раскатанным грунтовкам и грейдерам. «Крузер» без напряжения ползет по разбитым грунтовым участкам, но на грейдере то и дело норовит сорваться в скольжение. Пневмоподвеска легко справляется с мелкими неровностями, однако на серьезных машина начинает скакать. Ощущение, что сидишь на большом надувном мяче. На пути к первой контрольной точке попытались срезать несколько километров по проселку, благо он обозначен и на бумажной карте, и в навигаторе. Проверив несколько тупиков, нашли, наконец, ту самую дорогу. Она шла в нужном направлении, однако становилась все хуже и хуже, заставляя включать внедорожные опции «Ленд Крузера» одну за другой. В конце концов запас проходимости иссяк и мы крепко засели в болоте. Самостоятельно выбраться никаких шансов: висим на пороге, а асфальтовым шинам не за что зацепиться. Помогли коллеги с «Рэнглером» и стальным тросом, позаимствованным у местного населения. Потом застрял «Рэнглер» — видать, не хватило электронных помощников. Потеряли полдня и случайно оторвали брызговик на «Тойоте». Постановили не лезть на сомнительные дороги и придерживаться относительно приличных. Ранним вечером приехали на первый чекпойнт — к гаражу на бывшей военной базе. Короткая фотосессия, перекус, — пора двигаться дальше к Селигеру. Ради интереса меняемся машинами.Кто ищет приключений, тот всегда их найдет. Даже на обратном пути. Например, под машиной может провалиться асфальт.
Кто ищет приключений, тот всегда их найдет. Даже на обратном пути. Например, под машиной может провалиться асфальт.
«Джип», по ощущениям, похож на УАЗ — так же непринужденно карабкается по любому бездорожью и так же невнятен на асфальте. Крутишь рулем градусов на тридцать (в любую сторону), а реакции никакой. Отличают «Рэнглер» от отечественного изделия более изысканное убранство салона и тяговитый 2,8-литровый дизель с приятным тракторным урчанием. Если бы я был настоящим трофистом, из двух наших машин выбрал бы «Джип». При прочих равных условиях он и подешевле. Вдобавок дизель и более вездеходная трансмиссия породили устойчивое ощущение, что он заберется дальше «Тойоты». Конечно, и за трактором потом бежать дальше, но это дело второе. Насладившись видами лесных озер, лесозаготовок и живописных деревень (увы, вымерших), собираем оставшиеся точки близ Осташкова. Фотографируемся на одной из них, потом смотрю на уровень топлива в «Ленд Крузере» — а на обратную дорогу-то не хватит! Это лишние 10 км до заправки. Прощай, высокий результат... Возвращаемся в лагерь тем же путем, что приехали, полпути — в темноте. В ночном лесу полно живности — насекомые и птицы разлетаются, попав в свет фар. Однажды встретили бобра. Удивительно, но бобер не испугался, а спокойно побрел куда-то в сторону военной базы. Уставшие, возвращаемся в лагерь в 2:30 ночи, проехав суммарно 430 км. Нас уже ждала команда соперников — как выяснилось, они срезали довольно большой участок и уложились в 355 км. Непросто, оказывается, без хорошего опыта и спутниковых карт проложить правильный маршрут!