Зимние каникулы

ЗИМНИЕ КАНИКУЛЫ

АВТОКЛУБ

ЗИМНИЕ КАНИКУЛЫ

ЮРИЙ НЕЧЕТОВ. ФОТО: ЮРИЙ НЕЧЕТОВ, АНАТОЛИЙ ФОМИН

Суета, новогодние куранты, шампанское, оливье, салют, горячее, танцы, горячительное, песни... Вопрос наутро: «Пап, а куда мы поедем? Каникулы же!» Да куда угодно! Махнем, например, на Урал — красоты посмотреть, на лыжах покататься, на параплане полетать. Заодно проверим на практике морозоустойчивость и иные качества пары «русских корейцев» — " КИА Рио" и " Хёндэ Акцент".

Да-а-а... Вот тебе и первое открытие: багажник хэтчбека " КИА Рио", больше похожего на универсал, хоть и не мал, но все же заметно уступает роскошному "трюму" VAZ 2111, правда, заводские характеристики приводят, считай, одинаковые объемы — 449 и 450 л соответственно. Сравнение напросилось не случайно: пару лет назад в таком же путешествии "одиннадцатая" вместила вещи и снаряжение пятерых горнолыжников, а "Рио" — лишь четверых, и то "забили" под крышу. Седану " Хёндэ Акцент" досталась роль грузовика. Двухметровый чехол с лыжами, протянувшийся из багажника в салон, заставил разложить заднее сиденье (увы, неразрезное) и загнать вперед правое кресло с отклоненной к панели спинкой. Кроме того, в машину загрузили огромный рюкзак с парапланом, пару канистр, вещи, инструмент и кое-какую мелочь. Свободным осталось единственное место — за рулем...

Владимирская область и первая заправка — литр «92-го» всего 9 руб. 30 коп.! В Двориках, что на 215-м километре Горьковского шоссе, вкусно, быстро и недорого перекусили — рекомендую. Ночевка в Нижнем Новгороде, назавтра — Чебоксары. Мелькают забавные названия населенных пунктов: Питекасы, Хыркасы, Крикакасы... Дорога чистая, машин на трассе М7 совсем мало, и мы бодро наматываем километры.

Надо сказать, на хорошем асфальте " Хёндэ Акцент" весьма комфортабелен: мягкая подвеска гасит толчки от редких дефектов покрытия, тихо бормочет мотор. А вот " КИА Рио" заметно жестче и шумнее. Даже на едва заметных трещинах кузов вздрагивает и отзывается звучным "бух!", а рык мотора из азартного быстро становится назойливым.

На объездной дороге вокруг Казани обнаруживаем указатели на Пермь и уходим по трассе Р242 на северо-восток. Арск, Малмыж и... ледовая переправа через Вятку. Причем только для легковых машин. Интересно, а если бы мы ехали на КамАЗе? Мечущиеся лучи фар выхватывают просеку в лесу, ледяные колеи с колдобинами и огромные сугробы по сторонам.

Здесь короткоходная подвеска «Акцента» запросила пощады и заставила сбросить скорость: не в силах погасить энергию толчков, она почти на каждый отзывалась лязгом ограничителей хода сжатия или отбоя. Да и низко расположенная носовая часть то и дело вспахивала снег буксирной проушиной. У «Рио» энергоемкость подвески выше, просвет больше, но другая беда: жесткие шипованные покрышки «Нордман» хотя и дают быстрые точные реакции на сухом покрытии, но в колее из-за резкого захвата плечом ее боковой стенки нестабильны и склонны к рысканию. Приходилось постоянно крутить руль, упреждая занос и прыгая из колеи в колею. Тем не менее, разок машину все же развернуло поперек, уткнув кормой в сугроб. А вот коллега вполне доволен своими колесами «Хаккапелита Q» — мягкие и податливые, они довольно аморфны на асфальте, зато буквально липнут к укатанному снегу и льду.

Кильмезь, Игра — здесь опять появляется дорога, машины, люди. Сторож на стоянке, увидев наши машины, интересуется: «Это те, что во Владивосток ездили?» Утром стартуем на Пермь — после диких мест, поселивших ощущение окраины мира, неожиданно очутились в большом современном городе. Отсюда в Кунгур, смотреть знаменитую Ледяную пещеру — эти места уже знакомы по экспедиции «Евразия-2000». От Чусового дорога поднимается вверх, петляет в горах. Лес, снег, темень и ни единого огонька вокруг. Кстати, об огоньках. В городе, когда вокруг витрины, фонари и фары, подсветка приборов должна быть яркой. А вот в такой непроглядной темени режет глаз, ее бы чуть притушить, да вот беда — регуляторов яркости ни у одного из «корейцев», к сожалению, нет.

Вот и Губаха. Здесь несколько дней отдыхаем, катаемся на лыжах, наблюдая за падающим столбиком термометра. Утром контрольный пуск: —19°С — порядок, —24° — нормально. Похоже, двигатели до столь низкой температуры остывать не успевают: ведь при повторных испытаниях в морозильной камере (уже с маслом вязкостью 5W30) мотор " Хёндэ Акцент" все же пустился при

—20°С, измеренных именно по маслу в двигателе, а при —25°С забастовал. Эта машина требует более длительного прогрева перед началом движения: холодный «автомат» переключается резко, с заметным рывком. Дальше — поездка по окрестностям с обязательным посещением шиномонтажа — пробитое колесо КИА травило, пока не поставили в него камеру.

Вечером многоопытный в метеорологии пилот параплана, глядя на вызвездившееся небо и уходящие ввысь столбы дыма из труб коксохимического комбината, мрачно пробубнил: «Завтра будет холодно». Мягко сказано! Утром нам уезжать, а тут минус тридцать, и... мотор «Акцента» выдает лишь несколько чахлых вспышек. Обычная в таких случаях суета с «прикуриванием» от уверенно заурчавшего «Рио», с прокаливанием свечей ничего не дает, кроме посиневших носов и рук. Делать нечего, тянем захандрившую машину в теплый бокс автобусного парка, где через четыре часа она оживает как ни в чем не бывало. Прогноз обещает дальнейшее похолодание, поэтому вечером трогаемся в обратную дорогу, так и не расчехлив параплан.

Салоны «корейцев» оказались достаточно теплыми — в мороз хватало лишь второй скорости вентиляторов, чтобы даже сзади было уютно, хотя боковые стекла все же обмерзали. Так что лабораторные измерения эффективности отопления, на которых " КИА Рио" легко перекрыл нормативы, подтвердились на практике (" Хёндэ Акцент" до этих испытаний, проводимых при

—25°С, не дошел). Любопытное решение: при включении обдува ветрового стекла на обеих машинах, судя по индикации, автоматически пускается кондиционер. На КИА все так и есть, а «холодильник» при желании можно выключить или включить принудительно. А на «Хёндэ»... Мы так и не постигли неуловимой взаимосвязи между самим кондиционером, кнопкой его включения, индикатором и ручкой распределения воздушных потоков.

От Чусового идем по строящейся дороге на Полазну-Пермь, срезая сотню километров. Ночевка в Игре: экипажи в гостинице, " КИА Рио" на улице, " Хёндэ Акцент" в теплом гараже. Утром около тридцати — без проблем пускаем моторы и сворачиваем на северо-запад. Вечером под Кировом нас обгоняет, прыгая на колдобинах, "десятка" и мигает "аварийкой". Останавливаемся: "Из "За рулем"? Правда?! Здорово!!! Напишите, какие у нас тут отвратительные дороги". Действительно, дороги в Кировской области хуже некуда. Здесь мы потеряли три из четырех задних брызговиков на наших машинах. Впрочем, удивляться нечему: очень жесткие, они свисают довольно низко и закреплены хлипкими пластиковыми пистонами. Кочка повыше — и брызговика как не бывало. А хорошая дорога — вот она: широкое ровное шоссе начинается сразу за пышнорогим оленем на стеле "Нижегородская область".

Только разогнались — пропала тяга и задергался мотор у " КИА Рио". С пятой передачи пришлось перейти на четвертую, затем на третью. Троит? Симптомы похожи. Встали под фонарем, открыли капот, сняли декоративную крышку силового агрегата, разгрузили багажник, чтобы достать запасные свечи — они, естественно, оказались на самом дне, в нише запасного колеса. За суетой миновало с четверть часа. Чтобы уточнить диагноз, включаем стартер — и, о чудо! — мотор заработал как ни в чем не бывало! Поразмыслив, пришли к выводу, что на морозе, скорее всего, обмерз впускной тракт, а на стоянке лед растаял от тепла двигателя.

Сутки спустя на въезде в Москву одометры высветили круглые четыре тысячи километров нашего новогоднего путешествия, а счетчик бензоколонки отсчитал последние литры топлива. В среднем расход «92-го» бензина составил у " Хёндэ Акцент" 7,2 л/100 км — очень хорошо для машины с гидромеханическим "автоматом". Впрочем, здесь немалая заслуга спокойного, аккуратного водителя, да и пустые шоссе позволяли легко поддерживать равномерный экономичный режим. У " КИА Рио" аппетит оказался не столь скромный — ровно 8,0 л на сотню. Вроде вместе ехали, по одной дороге... Впрочем, дорог впереди еще много, они-то и расставят все точки над "i".

За ночь машины превращались в сугробы. Не беда — лишь бы завелись!

Ноу-хау — в отсутствие мойки машину чистим снегом!

Практическая аэродинамика: спереди у обеих машин одинаково четко очерченные зоны загрязнения.

Монумент с распростертыми руками на въезде в Кунгур напоминает гигантскую статую Христа в Лиссабоне.

Замерзший водопад и кристаллы в Ледяной пещере не тают даже летом.

Иногда мы встречали очень симпатичных Дедов Морозов.

Отогревшийся в теплом боксе «Акцент» ожил лишь к вечеру.

Сугробы в рост человека — здесь вам не Корея...

КАЖДОЙ КАШЕ — СВОЕ МАСЛО

Напомним, что в аэроклиматической камере " Хёндэ Акцент" отказался заводиться при —20°С (ЗР, 2004, № 1). Исследование масел подтвердило их соответствие ГОСТам, а ведь именно эксплуатационные жидкости мы поначалу считали причиной провала. Залитое на сервисе моторное масло, класса вязкости SAE 10W40 имеет кинематическую вязкость при 100°С 13,4 мм2/с (допустимый диапазон 12,5–16,3 мм2/с), динамическую вязкость при —25°С 3958 мПа.c (не выше 7000 мПа.c) и температуру застывания —30°С (не выше —30°С). Заводское масло для автоматических коробок передач (ATF) при —20°С показало кинематическую вязкость 1063 мПа.c (типичное значение 1280 мПа.c) и застыло при —47°С (допускается не выше —40°С).

При повторных испытаниях с маслом 5W30 мотор «Акцента» уверенно пустился при —20°С, хотя пусковые параметры практически не изменились. А вот барьер в —25°С " Хёндэ Акцент" так и не взял, даже с двумя дополнительными аккумуляторами.

Зимние каникулы