Политэкономия
Волга ГАЗ‑24 — еще и самый мощный советский легковой автомобиль из доступных за деньги. Девяносто пять лошадиных на 1400 кг снаряженной массы — не так уж и много. Максималка в 147 км/ч и разгон до 100 км/ч за 19 секунд нынче вызывают усмешку. Даже в семидесятые с появлением Жигулей с моторами 1,5 и 1,6 литра динамика Волги уже не казалась выдающейся. Но для ГАЗ‑24 это, в общем-то, было не главным.
Стандартный двигатель Волги развивал 95 л.с.
Секретная машина КГБ: ретротест Волги ГАЗ‑23
А что касается мощности, то многим владельцам, особенно не самым богатым, но купившим-таки подержанную машину, этих 95 лошадок было даже много. В том смысле, что Волга легко съедала 12–13 л 93‑го бензина на 100 км. Чтобы перейти на более дешевый 76‑й, многие ставили между блоком и головкой дополнительную прокладку, снижая степень сжатия, а мощность — до 85–86 л.с. Двигатели такой мощности ставили на такси.
Особенно всё это стало актуальным в 1981 году, когда, оповестив граждан (в частности, через журнал «За рулем»), что повышения цен на бензин не будет, их недели через две подняли в два раза: АИ‑76 стали продавать по 30 копеек за литр, АИ‑93 — по 40 копеек. Водители грузовиков продавали 76‑й в два раза дешевле — потому что сливали его со своих машин. В Москве этот нехитрый бизнес процветал на МКАД.
Автомобиль получил гидровакуумный усилитель тормозов, которого не было в ГАЗ‑21.Даже подержанная Волга была мечтой. Да что там подержанная! За машины после капремонта чуть ли не дрались. В Москве капремонтом занимался Второй авторемонтный завод (ВАРЗ), где трудились, в частности, граждане, излечиваемые от алкоголизма.
Мой знакомый, с благословения парткома и месткома, получил-таки право купить выделенную на весь отдел (человек шестьдесят) престижного НИИ отремонтированную на ВАРЗе «двадцатьчетверку» — такие машины называли «варзухами». Потратив три года, он разобрал всё, что они там насобирали, ободрал всё, что намазали, и подъехал-таки к институту на сверкающей черной красавице. Половина нашего НИИ сбежалась смотреть на это чудо.
ЧУЖИЕ ВОЛГИ
Экспорт ГАЗ‑24 был невелик. Машины поставляли, в основном, в соцстраны, а также в Бельгию, Финляндию, Скандинавию и некоторые страны Азии.
Завод выпускал и машинокомплекты: седан ГАЗ‑24–76 и универсал ГАЗ‑24–77 для установки импортерами иных двигателей. Например, дизеля Indenor XDP 90 объемом 2,1 л, который развивал 75 л.с. при 4500 об/мин. Предлагали также Волгу с 3‑литровым двигателем Ford мощностью 144 л.с. и заявленной максимальной скоростью 170 км/ч. Часть европейских ГАЗ‑24 имели измененный декор.
Стиль жизни
О таких машинах мечтали в 90-е — 6 ярких примеров
Динамика в этой машине — не главное. Волга подкупает простором и обволакивающей мягкостью хода. Сиденья достойны хорошей советской гостиной и даже комнаты отдыха солидного руководителя. Им под стать и подвеска, «заточенная» на комфорт.
Да и от такого прекрасного, эталонного переключения передач мы давно отвыкли. Ходы рычага короткие, фиксация четкая, переключаешься чуть ли не двумя пальцами. А на скорости 40 км/ч вполне можно без рывков ехать на прямой, четвертой, передаче. И так же — без рывков — ускоряться. Ускорением это, конечно, называю условно. Но дергать передачи и реветь двигателем на Волге как-то неприлично и почти бесполезно: особой прыти из нее не выбить.
Плоскую переднюю панель и комбинацию приборов создавали с расчетом на относительно простое переоборудование машины в праворульную.
Радиоприемник входил в штатную комплектацию Волги.
Управление стеклоочистителями, вентилятором отопителя и воздушной заслонкой.
Салон Волги в начале 1970‑х в СССР стал эталоном элегантности. Цветочек на рычаге — не заводская комплектация, но артефакт той эпохи. На ранних ГАЗ‑24 спереди — массивный подлокотник.
Ретротест символа 70-х: ГАЗ-24 Волга первой серии!
Тем более, что резкого маневрирования машина не любит категорически. А тех, кто пытается это делать, презирает. Всегда преклонялся перед теми, кто ездил на ГАЗ‑24 на ралли или на зимнем ипподроме. Была и такая забава. Железные люди! Но в быту «двадцать четверку» спортивным автомобилем никто не воспринимал.
Приятель, пересев‑таки из Жигулей в Волгу, через неделю философски изрек: «На Жигулях я ездил, здесь сам у себя работаю водителем». Это верно лишь отчасти. Просто ГАЗ‑24 — для иного стиля езды. На резкие рывки рулем автомобиль реагирует лениво. В более-менее быстрых поворотах кренится так, что невольно обвиняешь себя в шоферском экстремизме. Благодаря длинной базе машина стоит на прямой очень неплохо. Даже зимой. Но если ее неосторожно раскачать, то вернуть к прямолинейному движению не так просто.
Сзади в ГАЗ‑24 действительно очень просторно.
В задних дверях есть пепельницы. Хороший тон для той эпохи.
В передних дверях — небольшие карманы для бумаг.Важен не только стиль езды, но и стиль жизни. Большинству тех, кто имел Волгу, не нужно было делать резких движений. В том числе рулем и педалями. Тогда и мотора, и тормозов — барабанных, но в отличие от ГАЗ‑21, с гидровакуумным усилителем — хватает. Тому, кто ездит на такой машине, торопиться некуда. Его жизнь не просто сложилась, а удалась. ГАЗ‑24 в этом смысле — некий Пик Коммунизма — самая высокая автомобильная вершина СССР.
15267