ТРАССА ИЗ СКАЗКИ
Таежная дорога — самая красивая на свете. Кристально белая снежная трасса петляет меж вековыми соснами, запорошенными словно в сказке про двенадцать месяцев. Когда долго не попадается встречный лесовоз, дорогу засыпает свежим снежком, который сыплется с низкого свинцового сибирского неба, будто кто-то там наверху просеивает муку для новогоднего пирога. И снежок этот засыпает широкие колеи от КамАЗов и «уралов» — основных пользователей этой сказочной трассы.
И вдруг тишину (которая слышна даже через шум мощных моторов) перебивают звуки: тук-тук-тук! На лесной дороге работают люди — в десятках километров от ближайшего жилья! Мы выбираемся из «Патриота» на обочину. Трое дорожников прекращают работу, подходят к нам.
— Зима нынче необыкновенно теплая, — объясняет бригадир, — в этом месте ручей дорогу подмывать начал, нас и вызвали. Вот валим деревья, чтобы зимник укрепить…
Вскоре должна подойти еще одна машина — «Урал» с будкой-вахтовкой; дальше мы двинемся маленьким караваном (так положено!). Оказывается, здесь, в сердце Восточной Сибири, в 400 километрах к северу от Красноярска, такую комплектацию мощного вездехода называют «Урал-Батыру» (в переводе с тувинского — «Урал — Богатырь», что не может не льстить нашему фотографу, однофамильцу главного труженика зимней трассы).
— По зимнику нельзя ездить в одиночку, — рассказывает «хозяин» этой дороги, руководитель Енисейского филиала «Красноярскавтодора» Юрий Озерских. — Тайга шуток не любит — если, не дай бог, что случится с машиной, в одиночку недолго пропасть. Поэтому все стараются ездить в колонне минимум по две-три машины.
ЗВЕРИНЫЕ НЕПРИЯТНОСТИ
Водителя в пути подстерегают не только традиционные для всех дорог неприятности — поломки, заглохший двигатель, пробитое колесо, — но и весьма экзотические напасти — например, медведи.
— Строили зимник, ехали по дороге в бригаду, которая ушла далеко вперед, — вспоминает совсем недавние события Озерских. — Отъехали от Енисейска километров на тридцать. Вдруг из-за поворота навстречу несется мужик: глаза как два блюдца, ватник расстегнут, один сапог потерял уже. Мы вначале ничего не поняли — глядь, из-за того же поворота выскакивает медведь! Попытались пугнуть зверя — гудели, фарами слепили — куда там! Мужчина только успел к нам в «уазик» заскочить, мы задний ход даем. А медведь встал перед капотом на задние лапы: когти — здоровенные, клыки — ужас нечеловеческий. Мы потихоньку-потихоньку задним ходом отъехали — здесь разворачиваться в спешке опасно, в болото свалишься. Зверь за нами не пошел. А парень только через полчаса очухался — разговаривать смог. Оказывается, пошел за ягодами — ну и нарвался на шатуна. Потом, естественно, отблагодарил, как здесь положено.
— Ходят истории, что по колее зимника можно ехать, отпустив руль. Или — вовсе спать за рулем, — интересуюсь у профессионалов зимних трасс.
— Это байки для вас, журналистов, — улыбается Юрий, — хотя, конечно, засыпают за рулем, бывает. И в болото проваливаются. Езда здесь своеобразная — по зимнику идут в основном на второй передаче. Скорость движения — не больше 30 километров в час. Естественно, от усталости, бывает, и засыпают, особенно новички. Главное в такой момент — не растеряться и хоть что-то делать с машиной. В болото угодил — иди лес рубить, пробуй вытаскивать. А если ничего не делать — погубишь и машину, и груз.
ПО СЛЕДУ ТАНКОВ И ЛЕСОВОЗОВ
Поверить, что летом на месте довольно широкой дороги, на которой не без труда, но разъезжаются встречные «уралы», — непроходимое болото, непросто. Чтобы доказать коварство этих мест, мне предлагают померить глубину снега у обочины. Спрыгнув со снежного полутораметрового «отбойника», сразу проваливаюсь по пояс. С трудом выбираюсь на трассу, а в моих следах уже стоит вода: снег, укутавший болото, словно теплое одеяло, — не дает болоту замерзнуть. И на беду строителей зимника, подмывает полотно.
— Вообще, технология зимника не очень сложна, — делится профессиональными секретами заместитель начальника краевого управления автодорог Юрий Есин. — Как только наступают первые морозы, по местам, где в прошлом году проходил зимник, пускаем быстроходную технику на гусеницах.Такой вездеход приминает траву, прокладывает первую колею, и мороз прихватывает будущее дорожное полотно. В этот момент самое главное — проморозить колею на достаточную глубину. На особо топких участках делают лежневки — укрепляют полотно спиленными деревьями. После того как первичное полотно основательно замерзнет, на трассу выходят уже тяжелые тракторы К-700.
В этот момент на краю зимника мы замечаем обыкновенную танковую гусеницу.
— Вот такую цепляют к двум К-700 и ровняют зимник, — комментирует увиденное Ю. Есин. — Вообще, нынешний год очень сложный: Енисей до сих пор не встал! (дело было под самый Новый год — А.М.). Поэтому у нас еще не открыты многие ледовые переправы. До сих пор — в декабре (!!!) — трудятся речные паромы. А в середине декабря уровень воды в Енисее поднялся на 8 метров. И зимник, который уже действовал, фактически смыло — на протяжении 480 км дороги было 64 речушки и ручья! Уровень воды в них поднялся, и дорога стала непроходимой. А зимник этот обслуживает население в 14 256 человек! Им нужно доставить топливо, продукты, подарки к Новому году, в конце концов! Не считайте мои слова громкими, но каждый гражданин России имеет право в любой момент поехать туда, куда захочет.
Летом дорога растает. Последняя машина пройдет по уже заполненным вешней водой колеям в самом начале мая. И попасть в те заповедные места можно будет исключительно по рекам…Строительство одного километра зимника обходится сегодня в среднем в 20 тысяч рублей. Чтобы построить на месте зимника дорогу с твердым покрытием, нужны миллиарды. Которые не окупятся никогда.
2556